Инвесторы на грани паники: за что взялась нефть и почему весь мир ждёт нового удара

Цены на нефть снова становятся источником тревоги для инвесторов. Мировые рынки реагируют нервно на эскалацию геополитической напряжённости и угрозу нового энергетического кризиса.

Аналитики предупреждают, что если ситуация не стабилизируется, экономика может столкнуться с последствиями, напоминающими события 1970-х. Об этом сообщает издание Business Insider.

Эскалация конфликта и рост цен

За последние недели стоимость нефти стремительно выросла, отразив напряжённость в отношениях США и Венесуэлы, а также беспорядки в Иране — странах, играющих ключевую роль в мировой добыче сырья.

Мартовские контракты на нефть марки Brent подорожали на 10% и достигли отметки более 65 долларов за баррель, что стало максимумом с ноября прошлого года.

По мнению экспертов, при достижении уровня 80 долларов за баррель рынок может войти в фазу ценового шока, когда рост стоимости энергоресурсов приведёт к инфляционному давлению и падению активов.

"Если нефть подорожает до 80 долларов, начнётся нефтяной ценовой шок. В этом случае и облигации, и акции могут терять в цене, так как рост энергоцен подстегнёт инфляцию и замедлит экономический рост", — пояснил старший экономист Interactive Brokers Хосе Торрес.

Экономисты отмечают, что в таких условиях Федеральная резервная система будет ограничена в возможностях снижать процентные ставки, что может подорвать поддержку рынков, обеспечившую рост акций в прошлом году.

Угроза повторения сценария 1970-х

Резкий рост цен на энергоносители и высокая инфляция уже однажды привели США к экономическому спаду почти полвека назад. Сейчас эксперты опасаются, что история может повториться, если конфликты в нефтедобывающих регионах перерастут в масштабные кризисы.

"Существует риск нефтяного шока, особенно на фоне перегретого фондового рынка, который только начал новый рост после трёх успешных лет", — отметил Торрес в интервью Business Insider.

Главный геополитический стратег BCA Research Мэтт Герткен, заявил, что вероятность "масштабного глобального шока поставок нефти" выросла до 40%. По его словам, падение иранского режима или углубление конфликта в регионе могут вызвать серьёзные перебои с поставками нефти.

"В краткосрочной перспективе мировые рынки уязвимы для коррекции из-за переоценённости активов и усиления геополитических рисков", — добавил Герткен.

Прогнозы и сценарии развития

Аналитики Deutsche Bank также предупреждают, что рыночные риски в 2026 году во многом зависят от динамики нефтяных котировок. В своём аналитическом обзоре они отметили, что изменение предложения нефти способно существенно повлиять на инфляционные ожидания и экономические прогнозы.

Некоторые эксперты считают, что при нынешнем уровне спроса и сохраняющейся геополитической нестабильности нефть может подорожать ещё сильнее.

"Ситуация в Венесуэле оказывает сильное влияние на глобальные риски. Для стран-импортёров — Китая, Индии и Европы. Мир стал заметно опаснее", — заявил стратег Carlyle Group Джефф Карри в интервью CNBC.

Рост цен на нефть, если он сохранится, способен изменить баланс мировой экономики, усилив давление на промышленность и потребительский сектор. Похожие тенденции можно наблюдать и на рынке драгоценных металлов, где инвесторы ищут защитные активы от инфляции и валютных рисков.

Возможные последствия для экономики

Экономисты предупреждают, что повторение нефтяного шока может привести к снижению темпов роста ВВП, ускорению инфляции и падению доходностей на финансовых рынках. Повышение цен на энергоносители увеличивает издержки компаний, сокращает потребление и подрывает доверие инвесторов.

Для многих стран, особенно импортёров нефти, это означает необходимость пересмотра энергетической политики и поиска альтернативных источников топлива. Схожие вызовы испытывает и рынок криптовалют, где растущие риски заставляют инвесторов менять стратегию и искать новые направления вложений.

По мнению экспертов, мировая экономика вступает в период неопределённости, где баланс между ростом и рисками будет зависеть не столько от монетарных мер, сколько от способности политических игроков снизить напряжённость на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.