Подземная тишина заставила тело жить заново: ритмы сместились дальше, чем казалось возможным

Год 1962 выделился историей, которая и сегодня будоражит воображение. В ледяной пещере французских Альп из глубины поднимается человек, проведший в изоляции больше двух месяцев. Он не знает дату, почти разучился ощущать течение времени. Об этом сообщает dnews.

Погружение, которое изменило науку

Эксперимент Мишеля Сифра начинался как обычная геологическая работа, но стремительно превратился в нечто куда более масштабное. Молодой исследователь только окончил Сорбонну и хотел изучить свойства новообнаруженного ледника во Французских Альпах.

Однако первоначальная научная задумка быстро трансформировалась в идею добровольного погружения под землю. Он рассчитывал провести под землёй около двух недель, но вскоре понял, что этого недостаточно для полноценного исследования.

Отказавшись от часов и любых ориентиров времени, он решил проживать дни так, как будто человек не зависит от солнечного ритма. Через 63 дня, проведённых на глубине примерно 130 метров, Сифр вышел к свету с впечатляющими наблюдениями о природе человеческого восприятия.

Холод, высокая влажность и полное отсутствие контакта с внешним миром стали условиями, в которых формировались первые шаги хронобиологии — научного направления, которого до него попросту не существовало.

Открытие внутреннего ритма человека

В условиях полной темноты Сифр начал замечать серьёзные искажения восприятия времени. Психологические тесты показывали, что его внутренняя "скорость" замедлялась: то, что во внешнем мире занимало пять минут, по его ощущениям растягивалось почти в три раза. Накапливалась путаница, сбивались внутренние ориентиры, а привычный 24-часовой цикл исчезал.

По завершении эксперимента выяснилось, что Сифр сильно недооценивал длительность своего пребывания под землёй. Он был уверен, что настал лишь двадцатое августа, тогда как на поверхности уже стоял сентябрь. Такой масштабный разрыв между внутренним и внешним временем подтвердил: человек способен жить по собственным биологическим ритмам, не зависящим от смены дня и ночи.

Долгие циклы сна и первые подтверждения открытий

Экспериментальные наблюдения фиксировали всё более удлинённые циклы сна и бодрствования. В одной из последующих экспедиций, через десять лет после первой, его личный ритм достигал периода до 48 часов.

Сифр отмечал, что не чувствовал разницы между короткими и длинными циклами, поскольку полностью утратил привычную систему отсчёта. Его дневники не показывали признаков внутреннего различия, хотя объективные измерения фиксировали огромный разброс.

Позднее за ним последовали и другие добровольцы. Каждый демонстрировал уникальные, порой непредсказуемые ритмы: кто-то "жил" 25-часовыми днями, кто-то бодрствовал по три дня подряд.

Один исследователь однажды проспал 33 часа, и команда, находившаяся на поверхности, не могла понять, жив он или нет. Такие наблюдения стали важными кирпичиками в формировании представления о независимой работе человеческих циркадных часов.

От критики к признанию

Несмотря на ценность результата, Сифр сталкивался с серьёзной критикой. Его обвиняли в излишней эффектности, в риске для жизни и возможном повреждении хрупких пещерных экосистем. Его опыт казался слишком дерзким и непредсказуемым, особенно на фоне ограниченности исследований того времени.

Однако со временем стало очевидно, что работа Сифра открыла дверь в новую область знаний. Его наблюдения легли в основу представлений о биологических ритмах человека, которые сегодня помогают в самых разных сферах: от борьбы с джетлагом до разработки методов терапии некоторых видов рака.

Его исследования заинтересовали даже оборонные ведомства разных стран — в период холодной войны эта информация могла оказаться важной для подготовки подводников и космических экипажей.

Эксперименты Сифра поддерживали и финансировали, включая сложные математические анализы данных, которые проводились специалистами NASA. При этом столь экстремальные условия вряд ли будут повторены — длительная изоляция под землёй оказывала тяжёлое воздействие практически на всех участников исследований.