Здесь нет воровства и связи, но есть вера в духов и древние традиции, сильнее любой власти

450 километров северного бездорожья превращаются в испытание даже для опытных путешественников. Путь от Туры, административного центра Эвенкийского района, до села Чиринда тянется через заснеженные просторы, где скорость редко превышает 30 километров в час.

Среди безмолвных гор, теряющихся в небе, путника встречает старинное кладбище — немое напоминание о прошлом. Об этом сообщает краеведческий портал о Сибири.

Врата очищения и память предков

Деревянные мавзолеи, знакомые по Якутии — арангасы и чардааты. Здесь неотличимы друг от друга под глубоким снегом. Но покоятся в них не якуты, а эвенки. Их присутствие выдают чичипканы — "врата очищения", артефакты древнего шаманства.

Эти священные предметы, чудом уцелевшие до наших дней, напоминают о некогда могущественной традиции эвенков, исчезнувшей в XX веке. Даже современные жители, далекие от мистики, оставляют рядом с ними дары духам — печенье, табак, сладости.

Северная фактория без гостиниц

Чиринда встречает путешественников вертолётной площадкой и небольшой нефтебазой. Сюда прибывают редко — зимой лишь по льду или воздуху. Мы добрались вглубь ночи, когда над плато Путорана стояла тишина.

В посёлке всего около двух сотен жителей, а привычных гостиниц нет. Ночлегом служит здание администрации. Добродушный кочегар из котельной показал дорогу к дому главы села Маргариты Аркадьевны, и от неё мы узнали, что в кабинетах уже живут гости — специалисты связи.

Они прибыли из Красноярска, чтобы провести интернет в единственный населённый пункт региона, где нет связи. Вечная мерзлота мешала бурить скважины под опору — работа растягивалась на недели.

За одной из дверей — настоящая гостиница. Три кровати, стол, умывальник, запасы еды и неизменный уличный туалет. Впрочем, в этих краях другой жизни просто не знают.

Село у озера и музей под крышей библиотеки

Посёлок стоит на берегу озера Чиринда, над замёрзшей землёй поднят на сваи. За зданием администрации — библиотека, где силами местных энтузиастов создан мини-музей.

На самодельных стендах — история села и рассказы о его знаменитых уроженцах: поэте Николае Оёгире, откликнувшемся на призыв первого эвенкийского писателя Алитета Намтушкина, и художнике Ануфрии Эмидаке, которого местные называют "полярным Пиросмани".

В другой части музея — витрины с амулетами, вышитыми бисером, и старинные предметы быта: скребки, инструменты для выделки оленьих шкур, кассеты девяностых. Всё это создаёт ощущение времени, которое здесь словно остановилось.

Озеро и жизнь вокруг него

Озеро Чиринда, растянувшееся почти на восемь километров, — центр жизни поселения. Сюда приходят за водой, рыбой и покоем. Зимой вода чистая, хотя и с желтоватым оттенком; летом её используют как техническую. Весной, когда оттаивает земля, к озеру стараются не подходить.

За зданием администрации расположена официальная площадь с памятником воинам. Почти все жители — эвенки; лишь несколько семей представляют другие народы. Старейшины ещё помнят язык предков, но говорят, что он постепенно уходит вместе со стариками.

История и роды Эвенкии

Самое капитальное здание в селе — школа. Остальные постройки — лёгкие, обмазанные глиной избушки из лиственницы. За фасадом Путорана лежит земля, где когда-то кочевали гордые роды Илимпийской тундры.

Здесь веками жили охотники и оленеводы, не строившие домов и встречавшиеся летом у озёр. Их фамилии — Удыгиры, Хукочары, Оёгиры, Гургугиры — и сегодня носят жители Чиринды.

Первым русским на этих землях стал Трофим Панов из Бодайбо, менявший пушнину на порох и железные инструменты. Россия закрепилась в этом краю с севера, через долину реки Котуй, где климат позволял выживать даже редким лесам.

Как и в Верхотурье, история Чиринды хранит следы православной миссии, старых традиций и упорного характера сибиряков.

Сусловы и путь веры

В начале XX века сюда пришёл род Сусловых. Михаил Иванович, священник из Хакасии, крестил сотни жителей северных земель. Его сын Михаил Михайлович построил в Чиринде храм в 1913 году — без купола, но с узорными наличниками, сохранившийся до наших дней.

Позже, внук Иннокентий Суслов продолжил дело семьи, но уже с другими идеями. Именно он основал Туру, ставшую новой "столицей" региона.

"Только за свою жизнь он привёл к православию сотни людей", — говорится в хрониках миссионеров начала XX века.

Люди и характер северного села

В храме после революции открыли фельдшерский пункт, затем Дом культуры, закрытый в 2007 году. Сегодня в этих стенах по вечерам собирается молодёжь. Среди известных жителей — художник Алексей Антонов, потерявший пальцы, но продолжающий писать картины и чинить моторы.

Другой колоритный персонаж — эвенк Костя Оёгир, которого в селе называют "министром туризма". Он встречает редких гостей и рассказывает о Путоранских горах, о духах и предках.

Характер народа

Чириндинцы — народ с суровым нравом. В посёлке нет полиции, и порядок держится на взаимном уважении. Рассказывают, что когда один приезжий обидел подростков, вмешиваться пришлось даже милицейскому майору, прилетевшему из Туры. После его слов жители успокоились, и конфликт разрешился мирно.

Местные гордятся тем, что у них не воруют. Можно забыть вещь и найти её через неделю. Хотя исключения случаются, в целом Чиринда остаётся честным и сплочённым местом, где чужаков принимают настороженно, но по-доброму.

Как и жители Ивановской области, чириндинцы бережно относятся к традициям и верят, что их малые города и сёла заслуживают большего внимания путешественников.

Край, где живут духи

Дороги вокруг Чиринды зимой превращаются в ледяные ловушки. В пургу ветер строит перемёты высотой с дом, и путешественникам приходится ехать в объезд. Перед дорогой здесь принято оставлять духам угощение — чай, сахар или сигареты.

Однажды, забыв это сделать, путники сбились с пути и убедились, что традиции эвенков стоит уважать.

Чиринда — не просто село у подножья Путорана. Это живая память о народе, сохранившем гордость и веру в силы природы. Здесь, где кончаются дороги и начинается тундра, Эвенкия говорит с человеком самым искренним голосом.